Интервью с послом РФ в Пхеньяне

Выкладываю здесь интервью с человеком, который очень хорошо знает КНДР, любит Корею - посол РФ в КНДР Александр Иванович Мацегора. Сказано было больше, но понятно, что не всё попало в текст. Текст интервью он просмотрел, как мне кажется, получилось весьма живой разговор.
Спасибо ему большое за выделенное время и вообще за беседу, очень интересно было пообщаться.





Посол РФ в Пхеньяне: Санкции бьют в первую очередь по простым людям в КНДР
Олег Кирьянов (Пхеньян – Сеул)
Прямая речь

Возможно, что за последние пару лет ситуация на Корейском полуострове перестала характеризоваться такими эпитетами как “взрывоопасная, балансирующая на грани ядерной войны, грозящая сорваться в пропасть крупномасштабного вооружённого конфликта”, однако до сих пор она выглядит весьма сложной и запутанной. Но в этом регионе присутствуют и будут присутствовать интересы России, а такое государство как Северная Корея остаётся нашим соседом, с кем нам необходимо развивать взаимовыгодное сотрудничество и поддерживать добрососедские отношения.
Посол Российской Федерации в Корейской Народно-Демократической Республике (КНДР) Александр Мацегора, который давно работает в КНДР и является известным корееведом, в интервью “Российской газете” рассказал о том, что сейчас происходит на Корейском полуострове, в каком состоянии находятся российско-корейские отношения, какова ситуация в КНДР, как Страна чучхе выживает с условиях жесточайших международных санкций, как в КНДР относятся к России и россиянам, а также поделился своими взглядами по поводу перспектив развития диалога Пхеньяна с Вашингтогом по ядерной проблематике.



“Российская газета”: Давайте начнём с может быть наиболее близкой для нас проблематики - отношений КНДР с Россией. Как известно, в конце апреля во Владивосток с официальным визитом приезжал лидер КНДР Ким Чен Ын. Тогда прошёл первый саммит президента России Владимира Путина с Кимом. Каково общее состояние отношений между Москвой и Пхеньяном и как повлияло личное общение лидеров на двусторонние связи?

Посол РФ в КНДР Александр Мацегора: Конечно же, для наших отношений главным событием за последнее время стал упомянутый визит лидера КНДР Ким Чен Ына во Владивосток и российско-северокорейский саммит. Центральной темой состоявшихся тогда переговоров стала ситуация на Корейском полуострове. Двусторонняя повестка тоже присутствовала, причём достаточно полно, но все же основное внимание было уделено ситуации в регионе.
Есть такая расхожая фраза: «Это событие придало импульс развитию двусторонних отношений». По поводу владивостокского саммита действительно можно её использовать, все именно так и произошло. Наши корейские друзья вообще определяют его как «историческое событие» в двусторонних отношениях. За истекшие месяцы уже состоялся обмен несколькими визитами на высоком уровне, планируется ещё целый ряд аналогичных мероприятий, среди которых я выделил бы предстоящую поездку в Москву нового Председателя Верховного Народного Собрания КНДР Пак Тхэ Сона. Таким образом, можно с уверенностью говорить, что политический контакт между РФ и КНДР после Владивостока заметно активизировался.
А вот с экономическим аспектом двусторонних отношений есть существенные проблемы. Товарооборот остаётся минимальным, он не соответствует реальным возможностям и потребностям сторон. Главной проблемой являются санкции, а также острая нехватка валютных средств у наших корейских партнёров. Корейцы хотели бы много чего у нас купить из той номенклатуры, которая не закрыта санкционными резолюциями, но нет денег. Это не позволяет расширять объёмы сотрудничества.


“РГ”: Наши товары, продукция будет востребована в КНДР, если у корейцев появятся деньги?


Посол Мацегора: Конечно! Даже если сейчас пойти на местные рынки, то увидишь, что наших товаров, наших продуктов здесь очень много, корейцы их с удовольствием покупают. Это мука, консервы, конфеты, печенье, колбаса, подсолнечное масло, маргарин, пиво, спиртные напитки, которые, хочу это подчеркнуть, не относятся к «люксовой» линейке и не подпадают под установленное резолюцией СБ ООН понятие «предметы роскоши». Здесь есть даже несколько так называемых русских магазинов, где продаются товары для тех корейцев, которые длительное время работали в России и успели полюбить наши «специалитеты» - воблу, селёдку, семечки, гречку и т.д.
Но не только продовольственные товары из России нравятся корейцам. Очень востребованы наши лекарства. Дело в том, что практически вся северокорейская фармакология «заточена» под российские/советские препараты. В ассортименте любой из корейских аптек добрая половина лекарств – из России. По нашей оценке, общий объем таких поставок составляет не менее 10 млн. долл. в год.
Своей нефти у корейцев нет, поэтому все нефтепродукты сейчас они покупают в России или в Китае. Наши поставки, правда гораздо скромнее по объёму, но зато мы даём качественный товар, в том числе высокооктановые бензины и зимнее дизтопливо. В КНДР уважают наши автомобили, оборудование, станки, считая их надёжными, безотказными и приспособленными к «жёсткой» эксплуатации. Корейцы крайне заинтересованы в получении российских комплектующих для построенных ещё при советском техническом содействии предприятий, которые до сих пор работают благодаря «неубиваемой» технике, полученной в своё время из нашей страны. Пока же среди импортных товаров на северокорейском рынке доминирует китайская продукция

“РГ”: Как северокорейцы в целом относятся к россиянам?

Посол Мацегора: Отношение очень хорошее. Так было раньше, так остаётся и по сей день. Не ошибусь, если скажу, что к россиянам здесь испытывают какую-то особую симпатию. То, что было заложено доброе, положительное нашими предшественниками в 1940-е, 50-е, 60-е годы в плане восприятия представителей СССР/России до сих пор очень глубоко сидит в душах граждан КНДР.
У меня такое ощущение, что нынешнее руководство КНДР такое положительное отношение к России поощряет. По ТВ Кореи регулярно показывают наши фильмы, сюда нередко приезжают наши творческие коллективы, музыканты, в любом корейском ресторане можно услышать нашу музыку, увидеть спортивные, музыкальные, развлекательные программы российских каналов, в киосках на улицах в наличии сотни дисков с российским контентом, в том числе по исторической документалистике, различным отраслям знаний.
У рядового северокорейца очень положительное отношение к российской внешней политике, к нашему Президенту Владимиру Путину, а это немаловажно для местной ментальности. В итоге получается, что полученный из прошлого заряд позитива в отношении россиян и России подкрепляется нынешним хорошим впечатлением. И мы ощущаем это на себе.

“РГ”: Но всё же придётся поговорить не только о приятном. Совсем недавно произошли скандальные инциденты с задержанием большого количества северокорейских рыбаков, которые вели браконьерский промысел в российских водах. При этом ранения получили четыре сотрудника погранслужбы России, которым корейцы оказали сопротивление. Были и потом крупные задержания браконьеров КНДР. Это получило большую огласку в СМИ. Что бы Вы могли сказать как по поводу этих инцидентов, так и проблемы незаконных заходов северокорейских судов в российские воды в целом?

Посол Мацегора: Да, эти инциденты трудно обойти вниманием. Нам с корейскими партнёрами эту проблему надо решать совместными усилиями, но действовать должна в первую очередь корейская сторона.
Сложившаяся в наших водах ситуация не является какой-то частной инициативой на уровне капитанов отдельных рыболовецких шхун или кооперативов. Северокорейские суда должны получать разрешение на выход из своих вод, заправляться крайне дефицитным топливом, кому-то сдавать улов. Посольство неоднократно поднимало эту тему в контактах с МИДом, Минрыбхозом КНДР, обращалось даже в местную прокуратуру. Нас неизменно уверяли, что предпринимаются самые решительные меры, однако практических сдвигов мы так и не увидели.
В результате произошло то, что рано или поздно должно было случиться, о возможности чего мы неоднократно предупреждали – произошло столкновение, погиб человек. Это большая трагедия, никакая рыба не стоит человеческой жизни, но виноваты в этом прежде всего те, кто отправил рыбаков на промысел в чужие воды. Надеемся, что случившееся заставит наших корейских коллег навести в этой сфере должный порядок. Конечно же, дополнительные усилия придётся предпринять и нашим пограничникам.
Если же говорить о корневых причинах этой проблемы, то могу лишь предположить, ни в коем случае не оправдывая браконьеров, а лишь поясняя мотивы корейских рыбаков. Страна оказалась в сложнейшей экономической ситуации, фактически в полной блокаде, что вынуждает корейцев предпринимать отчаянные усилия, чтобы выжить. Россиянам, в первую очередь нашим дальневосточникам, возмущение которых вполне понятно, от этого, конечно, не легче. В общем, браконьерству надо положить конец. И, очевидно, это недопустимое безобразие, если кто-то оказывает сопротивление действиям официальных представителей России, которые защищают законные интересы нашей страны на своей территории. Пользуясь случаем, хотел бы пожелать нашим ребятам, пострадавшим в инциденте, скорейшего выздоровления.

“РГ”: Что сейчас происходит с, пожалуй, единственным действующим российско-северокорейским крупным проектом «Хасан – Раджин»?

Посол Мацегора: Этот проект – пример того, как американцы сумели запугать международное бизнес-сообщество. Напомню ещё раз: «Хасан-Раджин» не подпадает под санкции Совбеза ООН, он выведен из-под ограничительных мер. Мы дали туда солидные капиталовложения, создали хорошую инфраструктуру, и ей можно пользоваться. Однако очень многие бизнесмены, как наши, так и из других стран, боятся подпасть под односторонние санкции США. И это очень грустная ситуация. Сохраняется ещё надежда, что южнокорейцы, как и планировалось ранее, вернутся к идее транзитных поставок российского угля и других товаров через Раджин в РК. Однако и здесь прослеживается деструктивная роль Вашингтона, который блокирует любые намерения Сеула по развитию сотрудничества с КНДР.

“РГ”: Есть и другое масштабное направление сотрудничества России и КНДР – это северокорейская рабочая сила, которая трудится в РФ. Но всё это подпало под санкции и что в итоге ждёт эту сферу?

Посол Мацегора: Северокорейские рабочие возвращаются домой. После 22 декабря 2019 года ни одного гражданина КНДР с рабочей визой в паспорте на территории России не останется. Это предписано соответствующей резолюцией Совбеза ООН, и Россия её неукоснительно выполнит.




“РГ”: Про экономическую ситуацию в Северной Корее зачастую приходится слышать полярные оценки и высказывания. Некоторые говорят, что страна на грани глубочайшего кризиса, но с другой стороны в Пхеньяне строятся новые современные жилые кварталы с небоскрёбами, страна умудряется успешно запускать ракеты, что говорит всё же о высоком уровне развития промышленности и науки, да и обещанного некоторыми специалистами краха системы до сих пор не произошло. Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в экономике КНДР, на которую наложены очень жесткие санкции как по линии всего международного сообщества, так и отдельных государств?

Посол Мацегора: Скажу однозначно: утверждения о том, что КНДР стоит на пороге экономического краха, действительности не соответствуют. Хотя проблем, конечно, много, и существенная их доля – последствия санкций. Если говорить о народнохозяйственной ситуации в целом, то, по нашей оценке, положение в промышленности в последние месяцы остаётся примерно на одном уровне. До начала 2018 года, пусть с разной динамикой, но наблюдался рост, затем в течение нескольких месяцев – проседание, во многом из-за резкого падения объёмов внешней торговли. Главная проблема – уменьшение возможностей по зарабатыванию валюты, конкретно – прекращение поставок в Китай угля (ранее они достигали 25 млн. тонн в год), а также железной руды и ряда других массовых товаров.
Однако затем северокорейцы смогли приспособиться к новой ситуации и остановить падение экономики. Этого удалось добиться в первую очередь за счёт мобилизации внутренних ресурсов, импортозамещения и ускоренного создания ряда новых производств. Страна в очередной раз продемонстрировала свои уникальные возможности по части адаптации к неблагоприятным внешним условиям.
Главная, ставшая хронической, проблема для экономики КНДР – это острый дефицит инвестиций – иностранные сюда не идут, своих собственных остро не хватает. Без этого северокорейскую инфраструктуру, которая нуждается в обновлении в первую очередь, в порядок не приведёшь.
И всё же дальнейшего спада в экономике КНДР не происходит. Те новые механизмы хозяйствования, которые были введены в последние несколько лет, позволяют корейцам оставаться на плаву, выживать и поддерживать определённый, пусть не очень высокий, уровень развития.

“РГ”: Под этими механизмами хозяйствования вы имеете в виду реформы, которые под разными названиями проводят в КНДР в последние годы?

Посол Мацегора: В целом да, но, как известно, в самой КНДР слово «реформы» не употребляют, а используют формулировку «меры по совершенствованию системы управления народным хозяйством». Они, эти меры, очень специфические, очень северокорейские, они, я бы сказал, не похожи ни на что. Некоторые эксперты утверждают, что КНДР использует опыт Китая или Вьетнама, но я с ними не соглашусь. Корейцы делают что-то совсем своё, приспособленное к очень специфическим местным условиям, втиснутое не только в тело северокорейской политической и идеологической системы, но и в рамки Госплана, который остаётся очень мощной и влиятельной структурой.

“РГ”: Последствия этих изменений, «мер по совершенствованию управления» на бытовом уровне, невооружённым взглядом можно увидеть?
Посол Мацегора: Конечно! Самый простой способ – пойти в любой магазин и посмотреть, чем расплачиваются северокорейцы. В очень многих случаях это – доллары США. Парадокс – в стране самым активным образом используют денежную единицу государства, которое называют злейшим врагом. Фактически корейская вона сейчас привязана к доллару, и во многом поэтому она стабильна. Её курс практически не меняется несколько лет – сейчас это 8200 вон за один доллар. А стабильность валюты – это одно из главных условий стабильности экономики. Доллар здесь сейчас – это не только признанное средство расчёта как на бытовом уровне, так нередко и между предприятиями. Это – средство накопления и сбережения. Практически у любого корейца в кошельке лежит пять-десять долларов, а то и больше.



“РГ”: Международные и прочие санкции влияют на жизнь обычных людей?

Посол Мацегора: Однозначно влияют. Они влияют в первую очередь на гуманитарную ситуацию, на жизнь простых людей. Они меняют многое в их бытовых условиях, в том, с какой интенсивностью им приходится трудиться. Существенно упали поставки нефтепродуктов, повысилась их цена – с полей почти полностью пропали трактора. Землю пашут на волах, работают лопатами. Горожане ещё чаще, чем прежде, стали выезжать в сельскую местность на помощь крестьянам. Уменьшилось поступление лекарств из-за рубежа и упало их внутреннее производство, там, где использовались ввозные компоненты. Ситуация в сфере лечения онкологических заболеваний просто катастрофическая, поскольку КНДР не может из-за санкций получить оборудование для лечебного облучения. Могу привести и многие другие примеры того, как сильно санкции бьют по народу.
Причём складывается впечатление, что именно этого эффекта западные коллеги и добиваются, именно в этом они видят цель рестрикций. Скорее всего, в их воображении всё должно пойти следующим образом: санкции сделают жизнь людей невыносимо тяжёлой, народ поднимется, начнёт требовать от своего правительства пойти на уступки внешнему давлению, а ещё лучше, если вообще скинет нынешнее руководство КНДР. Мало того, что эта тактика очень далека от провозглашаемых Западом принципов гуманизма, но она ещё не имеет ничего общего с реальностью. Добиться своих целей таким способом на северокорейской площадке ни у кого не получится. Я в этом, как кореевед с очень долгим стажем, уверен абсолютно.
У России другой подход. Мы поддерживаем при голосовании и полностью выполняем те санкции, которые направлены против ракетной и ядерной программ КНДР. Речь идёт о запрете на поставки сюда соответствующих технологий, материалов, оборудования, которые могут быть использованы в этих целях. Но ни в коем случае о том, что пагубным образом отражается на жизни простых людей.
Иногда приходится разговаривать с западными коллегами-дипломатами, которые удивляются и, можно сказать, расстраиваются, что видимых подтверждений того, что санкции работают, они не фиксируют - люди в КНДР продолжают работать, радоваться жизни, любить, рожать детей, ходить в кино, на стадионы, на улицах горят огни, работают магазины. Я у них тогда спрашиваю: «А вы что, хотели бы, чтобы на улицах северокорейских городов женщины, мужчины и дети умирали от голода? Чтобы все разваливалось и рушилось? Чтобы только ветер гулял по безлюдным дорогам обессиленной Кореи? В этом что ли ваш замысел?». Нам с ними всё-таки иногда очень трудно понять друг друга.

“РГ”: С экономикой более-менее определились. Какова ситуация в сфере внутренней политики? Мы все прекрасно помним, какие были разные прогнозы по поводу того, что ждет КНДР при новом лидере Ким Чен Ыне...

Посол Мацегора: Абсолютно однозначно, политическая ситуация здесь абсолютно стабильна. Государство, госаппарат самым плотным образом контролирует все сферы жизни. Состояние любой системы и ее управляемость можно проверить на том, как реализуются указания высшего руководства. Так вот, здесь указания руководства выполняются мгновенно и в полной мере. Контроль за этим осуществляется очень тщательно и эффективно. Председатель Госсовета КНДР Ким Чен Ын является абсолютным и безусловным лидером.
Государственный контроль подкрепляется контролем по партийной линии и по линии соответствующих служб. Система выстроена чётко, она работает слаженно и без сбоев. В центре внимания – идеология и политика, в этих сферах не допускается никаких отклонений от генеральной линии.
А вот в экономике - получается, что от политики мы вновь вернулись к экономике - здесь всё сейчас во многом гораздо либеральнее, чем было раньше. Люди, у которых есть инициатива и предприимчивость, чувствуют себя очень неплохо, они успешно используют появившиеся относительно недавно новые возможности. Свободы в хозяйственных делах сейчас здесь гораздо больше, чем было раньше, и это даёт свои очевидные положительные результаты. Я сравниваю ситуацию даже не с тем, что было при Ким Чен Ире - предшественнике и отце нынешнего лидера, но даже с первыми годами правления самого Ким Чен Ына.
Повторюсь, северокорейская система в целом и большинство северокорейцев в отдельности демонстрируют в этом плане феноменальную живучесть. Они умеют подстраиваться под новые условия, приспосабливаться к новым требованиям, адаптироваться к новым запретам и санкциям.
Если вы поездите по пригородам Пхеньяна, то удивитесь, сколько за последнее время появилось новых небольших и средних предприятий и производств. Это наглядный пример того, как врождённая предприимчивость, которая у каждого корейца, кажется, в крови, находит своё практическое воплощение.
Им дали возможность применить эту предприимчивость, и они её прилагают. Государство, конечно, контролирует частный бизнес. Хотя, нет, я бы назвал его государственно-кооперативно-частным бизнесом – так будет правильнее. Так вот, этот контроль сейчас вполне умеренный, он не душит производство, даёт ему развиваться, а людям – зарабатывать деньги.



РГ”: В чем тогда главная проблема этого нового сегмента экономики, который Вы охарактеризовали как “государственно-частный-кооперативный бизнес”?

Посол Мацегора: А вот главная проблема у них чисто экономическая или, скорее, финансовая. Это – низкая платёжеспособность населения, нехватка у подавляющей части населения средств на более активную покупку товаров и услуг. Отсюда – низкие доходы для бизнеса, низкая рентабельность производства и, следовательно, недостаток средств для его расширения.
Таким образом, если резюмировать, то главные проблемы экономики КНДР – это нехватка инвестиций, что не позволяет создавать крупные производства и реализовать масштабные проекты, в том числе в части инфраструктуры, и низкая платёжеспособность населения. Причин этих проблем немало – это, конечно, жёсткие санкции, необходимость поддерживать обороноспособность страны, ощущаемые до сих пор последствия разрыва связей с СССР и другими соцстранами, а также рад других нерешённых вопросов.

“РГ”: Получается, что если снять ограничения на инвестиции, приток капитала, то с учётом достаточно либерального подхода высшего руководства КНДР к экономике и благодаря корейкой предприимчивости, то можно будет ожидать экономический рывок в Северной Корее?

Посол Мацегора: Да, я в этом уверен. Конечно, дальнейшее развитие нынешней экономической системы КНДР имеет свои ограничители. Один из них – её изолированность от мировой хозяйственной системы. Однако экономика страны ещё далеко не дошла до этих крайних пределов, она даже в нынешних условиях и рамках может двигаться вперёд, причём достаточно быстрыми темпами. Когда эти пределы будут достигнуты, с тем, чтобы сохранить динамику, потребуются, видимо, какие-то гораздо более радикальные меры по реформированию экономики. Однако сейчас наши корейские соседи имеют ещё очень большое пространство, куда они могут двигаться при сохранении в основном нынешней хозяйственной модели.



“РГ”: Теперь вопрос о ситуции в сфере обеспечения населения продовольствием в этом году. Структуры ООН относительно недавно опубликовали доклад, в котором сказали, что голод или сильное недоедание грозит не менее 40 процентам населения КНДР, что ситуация очень сложная и самая худшая за многие годы. Есть эксперты, которые оспаривают эту точку зрения, считая, что вольно или невольно специалисты ООН сгустили краски. В этой связи интересно Ваше мнение: ждёт ли Северную Корею продовольственный кризис или же не всё так плохо?

Посол Мацегора: Надо признать, что для сельского хозяйства Северной Кореи нынешний год оказался очень неудачным. Прошлый год был не хорош, а этот – ещё хуже. Особенно плохо обстоят дела с пострадавшим от сильнейшей засухи урожаем кукурузы, хотя с рисом не так всё печально.
Впрочем, были года и похуже. Вспоминаю, например, 2015 год, когда власти были вынуждены открыть шлюзы и запустить в реку Тэдонган, на которой стоит Пхеньян, морскую воду, чтобы поддержать уровень воды в среднем речении. Тогда вода стала солоноватой, что было не очень хорошо для сельхозкультур. То есть, повторюсь, нынешний год с точки зрения урожая неудачный, корейцы нуждаются в помощи и им надо помогать, но катастрофы, я надеюсь, не произойдёт.
Государству удаётся сохранять стабильными цены на зерно на рынках. Посмотрим, что будет в декабре, когда завершится сбор урожая и станет ясно, сколько его удалось заложить в хранилища. Верим, что масштабного кризиса не произойдёт, голода не случится.

“РГ”: С Вашего позволения перейдём к внешней политике. Как Вы видите перспективы развития ситуации вокруг ядерной проблемы Корейского полуострова, включая диалог между США и КНДР?

Посол Мацегора: Все ожидают, что, в конце концов, состоятся американо-северокорейские рабочие контакты, где и будет обсуждаться эта проблема. Дата и место этих консультаций пока не известны, американцы и все остальные ждут решения северян. Именно Пхеньян принимает решение и играет активную роль в этом «дипломатическом танго».

“РГ”: То есть Вы считаете, что руководство США и лично американский президент Трамп заинтересованы в контактах с КНДР и в проведении очередного саммита для обсуждения этой проблемы?

Посол Мацегора: Вашингтон безусловно заинтересован в том, чтобы найти выход из тупика, в котором оказался процесс урегулирования ядерной проблемы Корейского полуострова (ЯПКП). Актуальности этой теме добавляет предвыборная ситуация в США – прорыв или провал на переговорах с северокорейцами в той или иной степени может на ней отразиться, и нынешний президент США конечно хотел бы, чтобы на северокорейском векторе у него всё получилось в лучшем виде.
Другой вопрос, что ядерная проблема Корейского полуострова – задача суперсложная, решить её исключительно непросто. Причём причина этого сейчас, когда Ким Чен Ын заявил о готовности двигаться в направлении денуклеаризации, не столько в северянах, сколько в американцах, в их нажимных, санкционных подходах и тянущимися за ними шлейфе аннулированных международных договоров.
Дело в том, что каждая администрация США начинает работать над этой проблемой фактически с чистого листа, с новой командой, которая не владеет совсем или слабо владеет ситуацией, не учитывает опыта и практики своих предшественников. Вот и на этот раз Дональду Трампу и его переговорщикам потребовалось целых три года, чтобы понять (надо надеяться, что это, наконец, произошло): одним махом ЯПКП не решить, к этой цели надо идти поэтапно, предпринимая шаги навстречу оппоненту. Теперь нашим американским коллегам следует, наконец, уяснить, что полную, необратимую и проверяемую денуклеаризацию, даже теоретически, от Северной Кореи можно требовать, только предлагая ей взамен всеобъемлющие, убедительные и необратимые гарантии безопасности. В Пхеньяне к этому добавляют ещё отказ от враждебности и построение отношений доверия, что также должно носить необратимый характер. Сделать это очень непросто. Именно поэтому Россия и Китай готовы подставить плечо, они предлагают свой план действий, призванный помочь разрешить эту сложнейшую задачу.

“РГ”: КНДР – страна восточная, своих особенностей хватает. Как Вам здесь работается?

Посол Мацегора: Как я уже говорил, к россиянам здесь относятся очень хорошо, и мы чувствуем это на себе. Я бы сказал, что корейские власти относятся к нам гораздо лояльнее, чем к другим иностранцам, нам доверяют. Мы гораздо свободнее в плане перемещения по стране, причём, в отличии от других, путешествуем без сопровождающих. Это позволяет нам не сидеть на месте в Пхеньяне, а выезжать в провинции, на море, в горы, в другие города.
Может быть, наша посольская молодёжь скучает без больших тусовок, без концертов современной музыки, без столичного шума и яркого света, без всего того, что отличает современный европейский город. Пхеньян, конечно, в этом смысле гораздо спокойнее, я бы сказал, патриархальнее. Зато он абсолютно безопасен, здесь чистый воздух, великолепная природа.
В нашем посольстве около двадцати дипломатов, практически все они являются корееведами по образованию – выпускниками университетов Москвы, Санкт-Петербурга, Владивостока, Новосибирска, Казани и Пхеньяна. У нас много дипломатической работы, но ещё мы усердно и увлечённо изучаем Корею. В этом смысле можно сказать, что Посольство Российской Федерации в КНДР – крупнейший российский центр по исследованию проблем Северной Кореи. Наш опыт, возможности по части изучения этой страны уникальны, и мы этими возможностями пользуемся. Вот так и живём, кто два-три года, а кто вот уже 30-40 лет – северокорейские россияне или российские северокорейцы, как кому угодно.



“РГ”: Остаётся пожелать Вам и Вашему коллективу продолжения плодотворной деятельности.

Посол Мацегора: Спасибо, а мы будем надеяться, что и СМИ не будут забывать про КНДР и писать о ней только, когда у берегов Кореи появляются авианосцы. Это замечательная, очень самобытная, интересная страна. Она достойна того, чтобы на неё посмотрели непредвзятым взглядом.